К Стенке негодяев! Информационные расстрелы - наш профиль!


28.07.2016

Несостоявшееся будущее звёзд


Юрий Богатырёв стал бы крёстным сыном Никиты Михалкова, а Виктор Цой — героем боевиков

«Экспресс газета» продолжает спецпроект, в котором с помощью авторитетных историков, искусствоведов, актеров, астрологов и экстрасенсов пытается заглянуть в несостоявшееся будущее знаменитых людей, покинувших этот мир в расцвете лет. То есть пробует смоделировать, как бы сложилась жизнь кумиров и как бы они выглядели сегодня.
Прекрасно понимая, что в данном случае истины в последней инстанции не существует, предлагаем и вам, дорогие читатели, тоже пофантазировать на заданную тему на форуме нашего сайта
или просто прислать письмо в редакцию, сделав на конверте пометку «Прерванный полет».

Ирина МЕТЛИЦКАЯ (умерла от рака крови в 35 лет, в 1997 г.)

Когда Ирине ставят диагноз «острый лейкоз», ее муж Сергей Газаров делает все, чтобы вылечить супругу. Не ограничиваясь отечественной медициной, возит ее за границу.
- Ты знаешь, — говорит Метлицкая подруге, вернувшись из французской клиники, — если выживу, из профессии уйду. Хочу другого, мне не хватает в этой жизни чего-то настоящего, духовного.
Но болезнь прогрессирует, эскулапы разводят руками: больше ничего нельзя сделать. Ирина не хочет, чтобы близкие и друзья видели, как она угасает, и принимает решение уехать на Алтай попить кровь из оленьих рогов, которая, говорят, помогает. Там ей предлагают сходить к известному шаману. Метлицкая ни во что такое не верит, но, с другой стороны, что ей терять-то. Она проходит несколько обрядов у шамана. Пробует другие нетрадиционные методы лечения. Через полгода Ирина замечает, что ей, по крайней мере, не становится хуже. А через несколько месяцев она и вовсе начинает очень медленно, но идти на поправку. Такой поворот событий повергает в шок врачей и саму актрису. Вернуться к профессии она, правда, пока не в состоянии, но эффект поразительный. Метлицкая решает разобраться, в ней просыпается любопытство исследователя — все же физматшкола и курс физфака в ее жизни были. Время у нее есть, торопиться некуда. Ирина обзаводится соответствующей литературой, разговаривает с местными, пытается выведать секреты мастерства у шаманов. В руки ей попадают труды Елены Блаватской, и она решает, что должна побывать в Тибете и Индии. Но для начала возвращается в Москву. Это уже двухтысячные: кинематограф в России активно развивается, и Метлицкую чуть не рвут на части именитые режиссеры.

Мало того что актриса прекрасная, так еще такая история за плечами — отличный пиар. Она, впрочем, по-прежнему разборчива и соглашается далеко не на все. Но гонорары уже так выросли, что Ирина легко зарабатывает на осуществление своей мечты. Путешествие по Тибету растягивается на несколько месяцев, затем она переезжает в Индию и еще на полгода задерживается в Гоа. По возвращении рассказывает всем, что стала видеть много больше обычных людей. Друзья поначалу думают, что она рехнулась. Но после нескольких ситуаций, развитие которых предсказала Метлицкая, начинают верить в ее дар. Ирина им не бравирует и не пользуется в корыстных целях. Зарабатывает на жизнь по-прежнему актерской игрой. А ясновидение считает своим призванием и платой за излечение.

Юрий БОГАТЫРЕВ (умер от остановки сердца в 41 год, в 1989 г.)

Шесть тысяч долларов, валютный гонорар, полученный за фильм «Очи черные», казался пропуском в какую-то новую, фантастическую жизнь. Хотя деньги никогда не были для Богатырева источником забот или вдохновений и вообще занимали в жизни не самое важное место, сейчас он почувствовал себя нуворишем. Тем более, в углу комнаты любовник Саша Ефимов картинно громоздил друг на друга ящики с дефицитным шампанским «Новый свет».
Ефимов достал крымскую шипучку по блату. Все-таки бармен гостиницы «Интурист» значил в те годы не меньше, чем народный артист. К тому же шампанское предназначалось для гостей первой персональной выставки картин Юрия Богатырева в Театральном музее имени Бахрушина.
Предстоящий успех решили отметить заранее. Этой же ночью Богатыреву стало плохо. Спотыкаясь о пустые бутылки, Ефимов бросился к телефону. Вместе со «скорой» он вызвал друга семьи — журналистку Клариссу Столярову. К счастью, она приехала быстрее врачей и успела предупредить их, что актер пьет мощные антидепрессанты, поэтому укол клофелина может вызвать остановку сердца.
6 февраля, через четыре дня после приступа, Богатырев все же открыл выставку.
Там мама актера Татьяна Васильевна впервые узнала, что ее Юра женат. Он, жутко стесняясь всего происходящего, представил ей актрису Надежду Серую и ее маленькую дочь от первого брака. Надежда сама объяснила свекрови, что брак фиктивный. Ей после развода с мужем-режиссером грозило выселение из театрального общежития на Манежной улице. Срочно требовался штамп в паспорте о браке, а Юра, как бывший сосед, помог.
Вглядываясь в посетителей, Богатырев ждет только одного действительно дорогого ему человека. Но у того жена-красавица, четверо детей, новый фаворит и съемки. Юра же со своей несчастной любовью, таблетками и алкоголем только раздражает и компрометирует всеобщего любимца.
Поэтому вместо него Богатыреву приходится довольствоваться преданным Ефимовым, а о былом только вспоминать.
В газетах на выставку печатают сплошь положительные рецензии, что только усиливает мхатовские интриги, подлость и лицемерие в отношении актера.
Из депрессии вытаскивает неожиданное знакомство с президентом Международного союза деятелей эстрадного искусства Махмудом Эсамбаевым. Гений танца, единственный человек в СССР, которому разрешили сфотографироваться на паспорт в папахе, предложил съездить в Чечню и написать для ассоциации серию картин.
Из Грозного Богатырев возвращается полным впечатлений. Пока готовит выставку «Горцы», разгорается чеченская кампания. Со своими картинами он попадает в дурацкую ситуацию. На одном из портретов изображена художница Алла Дудаева, которая сопровождала его в творческой командировке. «Советская Россия» обвиняет Богатырева чуть ли не в измене Родине.
Безосновательную травлю пресекает, по просьбе Махмуда Алисултановича, пресс-секретарь президента Вячеслав Костиков.

Завязавшаяся дружба с Вячеславом Васильевичем приводит Богатырева в круг людей, вполне разделяющих его интересы. То, что он всю жизнь считал каиновой печатью, оказалось вдруг пропуском в благополучную жизнь. Подтверждением перемен становится Госпремия, выхлопотанная ему новыми друзьями.
Работа в Школе-студии и служба в МХТ занимают все время. Вечера проводит в модном ресторане «Саfе des Artistes» в Камергерском переулке, прямо напротив театра. За столиком там обычно Виталий Вульф со своим Борей, кто-нибудь из депутатов с помощниками, порой заглядывает министр иностранных дел.
Симпатичные, правильно подобранные официанты смотрят на него обожающими глазами и всегда соглашаются проводить до дома.

Владелец заведения, швейцарец Дольф Михель, поит знаменитого актера бесплатным шампанским, вешает на стены его новые работы. В один из вечеров он предлагает полететь всей компанией во второй его ресторан в Берлине.
Знаменитый берлинский гей-квартал в районе Ноллендорфплац, где расположено заведение Михеля, производит на Богатырева сильное впечатление. Оказавшись в немецкой столице, он впервые в жизни почувствовал себя свободным от мучительных угрызений совести и постоянного самоедства. Но гораздо больше неприкрытой сексуальной распущенности Богатырева поражает заседание экуменистической группы «Гомосексуалы и церковь». Он никогда не считал себя вправе креститься, а тут...
Для таинства он выбирает церковь Филиппа Митрополита в Мещанской слободе. Буквально соседский двор. От его «однушки» на улице Гиляровского три минуты пешком. Узнав о принятом решении, Никита Михалков сам предлагает себя на роль крестного отца.
Выходя из церкви, Богатырев интересуется у него:
- Никита, все-таки я не понимаю, почему ты перед этим делом снимаешь крестик. Кого ты думаешь обмануть?
Шагающий рядом Олег Меньшиков хохочет над старшими товарищами и приглашает всех в свой ресторан «Чемодан» отведать по случаю медвежатинки с хреновухой.
В театре, в кино мысли о квартире в Берлине не выходят у Богатырева из головы.
- Там я буду по-настоящему дома, — постоянно твердит актер друзьям.
Для счастья ему нужно всего 150 тысяч евро. Ресторатор Дольф Михель устраивает актеру ужин с одним из своих высокопоставленных клиентов, способным помочь собрату одним росчерком пера. И вот Сбербанк становится щедрым спонсором очередной выставки картин Юрия Богатырева и даже покупает у него пару работ.

Александр КАЙДАНОВСКИЙ (умер от третьего инфаркта в 49 лет, в 1995 г.)

3 декабря 1995 года в своей комнате в коммунальной квартире на улице Воровского, ныне Поварской, у Александра Кайдановского случился третий инфаркт. Предыдущий был пятью месяцами раньше, в июле. Несколько суток проведя в реанимации, 49-летний артист очнулся и пошел на поправку. Его четвертая жена, 23-летняя актриса «Ленкома» Инна Пиварс, которая вышла замуж за Александра за две недели до болезни, заботливо ухаживала за ним и буквально за руку вытащила с того света.
Семья, наконец, переехала из коммуналки, где Кайдановский прожил 13 лет, в новую квартиру на Сивцевом Вражке. Деньги на нее Кайдановский заработал, снимаясь в Испании в фильме «Дыхание дьявола». После инфаркта требовалась реабилитация, и Инна перевозит Александра к ее родителям в Ригу. Он ведет размеренный образ жизни, отказывается от выпивки, что для него было непросто, и сигарет. Александр вспоминает, что режиссер Андрей Тарковский, прославивший его в «Сталкере», хотел снять фильм «Идиот» по Достоевскому с ним в роли князя Мышкина и с Тереховой — Настасьи Филипповны. Кайдановский — большой почитатель Федора Михайловича, и он сам начинает съемки фильма как режиссер и как сценарист.

Роль князя Мышкина он отдает молодому актеру Евгению Миронову, Настасья Филипповна — его жена Инна Пиварс, роль купца Рогожина он отдает Владиславу Галкину.
Фильм пользуется оглушительным успехом во всем мире. И до этого Кайдановского знали в Европе и Америке, он уже был членом жюри Каннского фестиваля, его фильмы получали весомые награды международных кинофестивалей. А после «Идиота» он становится культовой фигурой. Фильм получает «Оскара».
Кайдановский покупает квартиру в Риге, в Москве он только наездами. Дальше он приступает к «Братьям Карамазовым». Там уже снимаются топовые звезды европейского кино. Фильм уже привычно ждет огромный успех.
Кайдановского избирают в Европейскую киноакадемию. Он создает в Риге свою киношколу, куда едут учиться и работать со всего мира. Жить на полную катушку мешает только строгий режим. Врачи уверяют, что следующего инфаркта он не переживет.

Виктор ЦОЙ (погиб в ДТП в 28 лет, в 1990 г.)

Водитель «Икаруса» увидел, как темно-синий «Москвич-2141» мотает по трассе, и на всякий случай нажал на сигнал.
Резкий звук вырвал Виктора Цоя из глубин сна. Он вывернул, почувствовав, как в открытое окно ударил жар от пронесшегося мимо автобуса. Певец встряхнул тяжелой головой — «пронесло» и съехал к обочине.
Несколько дней до этого они с Юрием Каспаряном сидели на даче под Юрмалой. Доводили до ума альбом с прикольным названием «Для рисования». Песня «Баррикады» из него стала хитом 1991 — 1993 революционных годов.
Строки
«Теплую кровь серый асфальт
Впитывает в себя,
Чтобы родить потом каменный дом»
распевали и защитники «Белого дома», и танкисты, посылающие в парламент снаряд за снарядом.
Пик популярности совпал с началом сотрудничества с продюсером Юрием Айзеншписом.
Меньше чем за десять лет Юрий Шмильевич высосал из группы «Кино» все возможное.
Обеспечив взамен ее участникам награды, премии и квартиры в Питере и Москве. У Виктора, кроме всего прочего, на Васильевском острове своя студия, где записываются молодые музыканты.
В 1999 году Айзеншпис советует Цою пропасть на годик из поля зрения публики. А потом вернуться с чем-нибудь новеньким.
Цой временно распускает группу и улетает за вдохновением в Гонконг. Ему давно хотелось посетить могилу своего кумира Брюса Ли и позаниматься восточными боевыми искусствами, так сказать, на их родине.
Уже в аэропорту он понимает, что попал в далекое будущее, которое его стране никогда не догнать. Ошарашенный небоскребами, бешеным ритмом улиц и пряными запахами незнакомых блюд, он чувствует себя, как Алиса в Зазеркалье.
Цой вызывает группу к себе и снимает несколько клипов на еще не написанные песни.

Уроки боевых искусств его не захватывают. Слишком сложно. Он просто пьет вино на набережной и сутками шатается по городу, снимая свои путешествия на камеру.
Потом из всего этого получается документально-игровой фильм «Пошли в «Кино», где главные роли сыграли его жена Наталья Разлогова и дочери-близняшки. Премии «Кинотавра» и ММКФ обеспечивают его возвращение в кинотусовку. Итогом становится роль Чингисхана в историческом боевике «Большой поход» и сериал «Кореец», в котором Цой сыграл бывшего офицера спецназа.
Постоянные полеты в Юго-Восточную Азию изменяют его отношение к музыке. Параллельно с группой «Кино» он набирает новый состав группы «Театр», которая играет жгучую электро-инструменталку и по популярности начинает обходить предшественницу.
Опыт совместного выступления проекта «Кино»-«Театр» на фестиваль «Нашествие» признан музыкальными критиками и зрителями неудачным.

В следующем номере вы узнаете, как могла сложиться судьба и как бы выглядели сегодня Николай ЕРЕМЕНКО, Талгат НИГМАТУЛЛИН, Анна САМОХИНА и Андрей РОСТОЦКИЙ.


Источник: “http://www.eg.ru/daily/cadr/45754/”

Новые сверху Старые сверху

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

СМАРТ-БЛОГИ

Новости регионов